Муниципальное танго
Наталья Архангельская
Передавая муниципальным образованиям полномочия, но не оставляя им средств на их исполнение, власти губят местное самоуправление на корню
 |
В бесконечную сагу о местном самоуправлении (МСУ) хочется вписать еще одну страницу, проследив ситуацию на примере Челябинской области, а конкретнее - двух городских округов и одного сельского поселения. Поставить в один ряд столицу области Челябинск, город шахтерской славы Копейск и деревню Хомутинино нам позволяет то обстоятельство, что все они независимо от масштаба суть равноправные субъекты МСУ, пусть каждый со своими специфическими задачами, но зато с одинаковыми проблемами, каковых просматривается две: худосочность бюджета и неумение сотрудничать по горизонтали. Повествование начнем с Хомутинина, что будет справедливо, поскольку деревня с полуторатысячным населением оказалась самым активным в области сторонником забирания власти в свои руки, а устав муниципального сельского поселения Хомутинино был зарегистрирован там в начале 90−х под номером один.
Двухсарайный парламент
Старое казацкое село Хомутинино, ему уже около двух с половиной веков. Краеведческий музей, собранный энтузиастами, с незатейливыми, но берущими за душу экспонатами. Уютная церковь, обустроенная самим батюшкой в помещении старой школы. Газета "Хомутининский вестник", выходящая с 1993 года, и чрезвычайно активное население. При этом пейзаж весьма неприглядный: всю инженерную инфраструктуру держал колхоз, который лежит на боку, но отдавать ничего не собирается. Воды нет (скважина работает с перебоями), света на улицах нет, дорог нет. Не так давно область выделила 18 млн на расширение и ремонт школы, но учителя в ней - предпенсионного и пенсионного возраста, а молодых пригласить нельзя: нет денег на жилье. И все понимают: не будет школы - умрет и село.
Есть кое-какой мелкий бизнес, недавно построенный элеватор и богатый санаторий "Урал". МСУ существует в деревне уже одиннадцать лет, в прошлом году муниципальный совет впервые принял самостоятельную программу уличного освещения, но денег хватило только на четыре фонаря. Как говорится, приехали.
А начиналось все хорошо. "Налогового кодекса тогда еще не было, - рассказывает Юрий Гурман, бессменный член хомутининского совета, директор Ассоциации сельских муниципальных образований, - и по существовавшему законодательству поселение могло сформировать собственный бюджет, оставляя себе 18-20 налогов. Мы инвентаризировали налоговую базу и поняли, что не напрягаясь, только за счет наведения порядка, можем увеличить поступления в два с половиной раза. Это были огромные деньги, которых хватало даже на бюджет развития. Следующим шагом было разграничение полномочий между поселением и районом, и мы предложили им сесть за стол переговоров. Район отказался: налоговая служба по привычке зачисляла им в бюджет всё, а отдавать они, естественно, не хотели ничего".
Эта стычка с вышестоящей инстанцией была для хомутининских депутатов не первой. Сразу после своего избрания в 1996 году они взялись разрабатывать устав поселения: проект опубликовали, устроили обсуждение. Но районные власти встретили эти новации в штыки: их представители ходили по дворам и пугали: "Если проголосуете за устав, автобусы к вам ходить не будут. Пенсию платить тоже не будем. Что вы нам тут устраиваете вторую Чечню?" Несмотря на психологический прессинг, за устав проголосовало 78% при явке в 80%. "Когда ждали результатов, народу в доме культуры набился полный зал: такой был энтузиазм, - вспоминает Гурман. - Люди надеялись, что могут сами что-то поменять в своей жизни. Но что можно сделать без денег?"
Пытаясь найти управу на районные власти, хомутининцы написали письмо губернатору Сумину, но, не получив внятного ответа, приняли постановление: считать местный бюджет своим. И начали его исполнять. "Золотое было времечко!" - вспоминают депутаты. Купили школе автобус - по дешевке: корпус нашли в одном месте, двигатель в другом, колеса - в третьем. Теперь возят детей из соседних деревень в хомутининскую школу. Взяли товарный кредит - рожь, зерно реализовали и купили два трактора и автомобиль "Урал". Начали сами убирать мусор, взялись за благоустройство территории, наняли электрика, купили погрузчик и сенокосилку. И все это - за счет собственных ресурсов, находясь в фактической блокаде со стороны органов госвласти и района.
Начали тянуть в село газ. В 1998 году, не имея ни копейки районных и областных денег, собрали желающих, нашли сговорчивого подрядчика и газифицировали пятьдесят домов. Обошлось дешево - всего по три тысячи с хозяйства. Но когда район узнал об этой схеме и тоже в нее влез, подрядчик тут же увеличил цену вдвое, потом до двенадцати тысяч и в конце концов до восемнадцати. Между тем об эту пору в район заехал губернатор Сумин, где у него и спросили: когда же у поселения будет свой бюджет? А он ответил: "Двухсарайных парламентов я здесь не позволю!"
Псих из деревни Копанцево
Таким образом, и 1998 год село прожило без бюджета, хотя умудрилось решить массу проблем. А на следующий год, узнав, что в областном бюджете их муниципальное сельское поселение снова отсутствует, вышли с законодательной инициативой, чтобы каждый субъект МСУ был прописан в вышестоящем бюджете отдельной строкой. Инициатива хомутининцев в области была одобрена, но с лукавой поправкой: делегировать финансовые полномочия на уровень района. То есть в отдельной строке, по сути, отказали, вернув ситуацию в исходную позицию.
 |
|
Юрий Гурман: "Нас сперва обирают до нитки, а потом говорят: вы у нас на шее сидите!" Фото: Александр Забрин |
"И тогда мы обратились в Конституционный суд, - продолжает Юрий Гурман. - И после трех лет изучения вопроса он в конце концов признал нашу правоту. Но случилось это практически одновременно с принятием в 2003 году нового - 131−го - закона о местном самоуправлении. Явилось наконец долгожданное разграничение полномочий, в области наш бюджет обсчитали, определили, сколько денег в него поступает и откуда. Мы его подписали, осталось дело за районом. Но районные власти предприняли все, чтобы этот вопрос на их уровне рассмотрен не был. Мало того, они вынудили депутатов нашего, хомутининского, совета подписать решение о самороспуске".
Действовали районные власти все теми же методами. Одному депутату-сельчанину было сказано: "Дочь работает в колхозе? Не будет работать". Другого пугнули: "Хочешь доработать до пенсии? Подписывай". Из одиннадцати человек не подписали лишь трое. У одной из троих, учительницы, после этого убили мужа, это случилось в 1999 году. Ее остановили на дороге и предупредили: либо подписывай согласие на самороспуск, либо смотри - у тебя дети. Она отказалась, а через некоторое время ее муж погиб при странных обстоятельствах. Дело милиция быстро закрыла.
Так или иначе, совет прекратил свое существование, но оружия хомутининцы не сложили. Было решено избрать новый состав совета. Но назначить выборы может только представительный орган или избирательная комиссия. Первого не было, вторая не сформирована. Мятежный муниципалитет снова обратился в суд, и после девятимесячной тяжбы был избран новый местный совет. Перспектива обустроить свою жизнь собственными руками и по собственному разумению продолжала греть их души. Да и окружающая жизнь подбрасывала вдохновляющие примеры. Вроде деревни Копанцево.
Копанцево - деревушка в пятьдесят дворов, заселенная одними пенсионерами. Жил там среди них и местный дурачок, бывший электрик, который очень хотел, чтобы вечерами в деревне было светло. Мечты своей он достиг, срезав в каком-то брошенном карьере мощные фонари и лично установив их на столбах. И стало в деревне ночью светло как днем. И когда он вечерами, пьяный, брел домой, ему было комфортно. С тех пор в окрестных селах вошло в поговорку: не надо никакого местного самоуправления, достаточно одного ненормального.
Электрификация же самого Хомутинина, как было сказано, остановилась на уровне комнатных лампочек, поскольку установку настоящих уличных фонарей деревенский бюджет не потянул. А между тем баланс территории превышает 30 млн рублей, из которых в селе остается лишь два с небольшим: 1 млн 200 тыс. собирается на месте, остальное добавляет район. "Нас сперва обирают до нитки, а потом, оставив два с половиной налога, говорят: вы, ребята, - дотационные, вы у нас на шее сидите!" - резюмирует ситуацию Юрий Гурман.
Ликвидный залог
Мэр Челябинска Михаил Юревич - человек успешный и в области весьма известный. Да и не только в области, поскольку, будучи предпринимателем, закидал своей продукцией почти всю страну: про макароны "Макфа" слышали? В большой политике уже десять лет, был депутатом Госдумы. Поначалу хотел просто защитить свой бизнес, потом втянулся, стало интересно. Достижениями своими гордится: "По сравнению с другими наш город выглядит достойно. Сравниться с нами может, пожалуй, только Казань, но туда закачивались очень большие деньги". Приоритетной задачей на выборах объявил одну из главных бед России - дороги. Следующий намеченный приоритет - здравоохранение, но лишь после того, как "автомобилизация достигнет своего пика. Сейчас у нас триста тридцать автомобилей на тысячу жителей, а будет до четырехсот, ведь жители маленьких городов вокруг Челябинска - а это почти полмиллиона населения - в большинстве своем работают у нас, и все будут покупать машины".
Среди прорывных направлений в работе мэрии помимо дорог - а там результат уже налицо - можно назвать жилкоммунхоз: за время правления Юревича обслуживание 90% жилья передано в частные руки. Это было сделано быстро, волевым усилием. "И теперь мы смотрим, как они хозяйствуют, - объясняет мэр. - За невыполнение обязательств наказываем: отбираем дом и передаем его другой компании. Для жильцов выпускаем памятки с разъяснением, на что они имеют право, на что не имеют и куда надо жаловаться, если их не устраивает обслуживание". Кроме того, администрация резко увеличила количество денег на капитальный ремонт: "До моего прихода у половины домов в городе текла крыша, сейчас более или менее порядок. А когда мы закончим с дорогами, обратим на ЖКХ еще больше внимания. Дороги все-таки важнее, иначе город просто встанет", - рассуждает Юревич.
Точечная застройка, расцветшая при его предшественнике, остановлена. Борьба с коррупцией тоже не забыта: при администрации создано специализированное отделение внутреннего контроля, состоящее из бывших сотрудников милиции и силовиков на пенсии. "Это не правоохранительные органы, до суда доводить дело нам не надо. Мы только отслеживаем и, если есть симптомы, увольняем. И все прекрасно понимают за что", - раскрывает мэр секреты своей популярности.
А теперь о трудностях, среди которых главная - недостаточная финансовая база муниципалитетов. "Стараемся договариваться", - признается мэр, но получается, видимо, не очень. Иначе не пришлось бы ему совершать такие экстравагантные поступки, как два года назад. Тогда из-за нехватки средств в преддверии зимы пришлось остановить ремонтные работы на дорогах. "Нам нужен был срочный кредит. А чтобы ставка по нему была минимальной, залог должен быть очень ликвидным: вот мы и заложили здание мэрии в центре города. Депутаты вошли в положение и решение одобрили. Зато в этом году нам дали очень дешевый кредит уже под честное слово", - радуется Юревич.
